Господь - Бог, Иисус и Святой Дух

Жизнь во Христе...

ЕВРЕИ МЕЖДУ ВОЙНАМИ

ЕВРЕИ УКРАИНЫ МЕЖДУ ДВУМЯ МИРОВЫМИ ВОЙНАМИ (1920–39)

Июль 27, 2010

С 1929 г. еврейские земледельцы, как и все крестьяне Советского Союза, были вынуждены перейти к коллективизации; недовольных подвергали репрессиям как «кулаков» и «националистов». К 1931 г. 95% еврейских хозяйств Украины стали коллективными, а к 1936 г. еврейские колхозы Украины занимали 175 тыс. га. Первоначально основным направлением их деятельности было зерновое хозяйство, но к середине 1930-х гг. среди еврейских колхозов Украины преобладали многоотраслевые. В 1937–39 гг. во Всесоюзной сельскохозяйственной выставке участвовали 11 колхозов, пять животноводческих ферм, три виноградарских и одна животноводческая бригада Калининдорфского района.

Тяжелейший ущерб еврейским колхозам, как и всему крестьянству Украины и Крыма, нанесли события 1932–33 гг. (так называемый Голодомор). В 1932 г. был утвержден абсолютно нереальный план хлебозаготовок; у крестьян отбирали последнее зерно, в том числе семенной фонд, прибегая к жестким репрессивным мерам. За невыполнение плана Новозлатопольский (еврейский) райисполком в конце 1932 г. решил занести один из еврейских колхозов «на черную доску со всеми вытекающими отсюда последствиями», то есть «с изъятием всех наличных промтоваров и прекращением в дальнейшем завоза товаров… Председателя колхоза за саботаж хлебозаготовки передать суду… немедленно произвести арест… Провести в колхозе возвращение неправильно розданного хлеба колхозникам в порядке натуральных авансов…» и т. п. Осенью 1932 г., зимой и весной 1933 г. в еврейских районах и большинстве еврейских сельсоветов свирепствовал голод. По данным Одесского обкома партии, в марте 1933 г. среди десяти районов с наиболее высокой смертностью от недоедания был Калининдорфский; только в селе Штерндорф этого района в 1932–33 гг. от голода умерли (по официальным, заведомо заниженным данным) 30 человек. Не лучше было положение в еврейских местечках, населенных беднотой. Винницкий обком партии в марте 1933 г. докладывал ЦК КП(б)У, что «в местечках области… отмечено немало случаев опухания на почве недоедания и смертности». Зарубежным организациям, в том числе и созданному во Львове Еврейскому комитету помощи голодающим евреям и неевреям на Украине, не удалось ничего сделать из-за противодействия властей, которые не разрешили иностранным делегациям (даже представителям Агро-Джойнта) посещать украинские колхозы.

О преследовании евреев в довоенные годы советской власти

Экономической и культурной жизнью еврейского населения в 1920-х гг. руководили евсекции при комитетах КП(б)У. Евсекции вели травлю членов некоммунистических еврейских организаций, боролись с еврейскими религиозными обрядами, к которым относились более непримиримо, чем официальные власти; преобладавшие в евсекциях идишисты, большей частью бывшие бундовцы, всячески препятствовали развитию культуры на иврите. В октябре 1921 г., в день Рош-ха-Шана, киевская евсекция устроила публичный «суд над еврейской религией»; по инициативе евсекций в 1927 г. были полностью ликвидированы существовавшие с 1922 г. кружки Ха-Шомер ха-ца‘ир в Крыму, в 1928 г. — закрыта синагога в Полтаве. В то же время поощрение и развитие евсекциями образования и культуры на идиш содействовало сохранению еврейского национального самосознания и в определенной мере препятствовало ассимиляции. В 1930 г. ЦК ВКП(б) упразднил евсекции во всех республиках Советского Союза.

На протяжении 1920-х гг. в Восточной Украине были уничтожены все еврейские партии, в том числе и прокоммунистические. Уже в первой половине десятилетия репрессиям подверглись члены По‘алей Цион, Бунда и других еврейских партий; в мае 1922 г. органы государственной безопасности арестовали делегатов проходившей в Киеве всеукраинской конференции Це‘ирей Цион; 27 человек были преданы суду и приговорены к тюремному заключению. Все сионистские организации ушли в подполье, студентов-сионистов исключали из учебных заведений. В 1923 г. прекратило свою деятельность еврейское спортивное общество «Маккаби», созданное в Одессе в апреле 1917 г. В 1924 г. власти закрыли даже такую демонстративно лояльную им организацию, как Сетмасс; в сентябре того же года последовали массовые аресты сионистов, прежде всего членов Сионистской социалистической партии (см. Сионисты-социалисты) и ее молодежного крыла, которые незадолго до этого распространили на Украине и в других местах листовки, содержавшие резкую критику коммунистического режима; к середине 1920-х гг. в Восточной Украине оставалась лишь одна легальная еврейская партия — Коммунистическая рабочая партия По‘алей Цион, созданная на базе Еврейской социал-демократической рабочей партии По‘алей Цион; она просуществовала до 1928 г.

На протяжении всего межвоенного периода в Восточной Украине непрерывно велась кампания против еврейской религии. В начале 1920-х гг. возобновились начатые уже в 1919 г. реквизиции собственности еврейских религиозных общин (см. выше). Зачастую ее изымали под предлогом «помощи голодающим Поволжья». Власти закрыли многие синагоги и еврейские религиозные школы якобы с тем, чтобы использовать их здания для общественных нужд. Бродская хоральная синагога в Одессе была в 1925 г. превращена в клуб; в помещении Киевской хоральной синагоги в 1926 г. разместился детский театр. Синагогальная утварь расхищалась или распродавалась; сохранился акт об изъятии и распродаже имущества Бердянской караимской кенассы на общую сумму 1141 рублей 75 копеек (86 наименований, в том числе пять свитков Торы, 250 молитвенников, бронзовые подсвечники и т. д.). Верующих евреев привлекали к трудовой повинности в дни религиозных праздников, проводились облавы на молящихся. В 1928 г. правительство Украины приняло постановление о том, что все имущество религиозных организаций «состоит в ведении НКВД»; это касалось и еврейских священных книг, и архивов, значительная часть которых была сдана в макулатуру. Вместе с тем, несмотря на войны и погромы, приведшие к гибели целых местечек, к 1928 г. количество синагог в Восточной Украине уменьшилось по сравнению с 1917 г. лишь на десять процентов. В 1926 г. в городе Коростень (ныне Житомирская область) состоялась конференция раввинов Волынской губернии, фактически носившая всеукраинский, а отчасти и всесоюзный характер; она приняла постановление о противодействии атеистической пропаганде. Лишь в начале 1930-х гг. борьба с иудаизмом стала в Восточной Украине тотальной: в 1931 г. было закрыто 112 синагог; например, в Виннице, где тогда проживало около 22 тыс. евреев, сохранилось только два молитвенных дома.

В 1920-х гг. многие евреи (мелкие лавочники, ремесленники, служители культа и т. п.) были лишены избирательного права как «нетрудовые элементы»; их ограничивали и в том, что касалось приема на работу, получения жилья, поступления детей в учебные специальные и высшие заведения. В 1926–27 гг. «лишенцы» составляли около 30% самодеятельного еврейского населения Украины. Среди тех, кого в январе-феврале 1928 г. исключили из КП(б)У по социальному признаку, две трети составляли евреи. Имела место их дискриминация при приеме в учебные заведения, что было в известной мере обусловлено курсом на украинизацию: в 1928 г. народный комиссариат просвещения Украины предложил приемным комиссиям вузов и техникумов «при проведении приема ежегодно вести линию на увеличение процента украинцев»; некоторые партийные и советские работники выражали опасение, что «еврейская работа ослабляет украинизацию».

С середины 1930-х гг. в УССР и Крымской АССР начался процесс ликвидации учреждений еврейской культуры, еврейских общественных организаций и периодических изданий; в 1937–39 гг. практически все они были уничтожены. В 1938 г. ЦК КП(б)У объявил учебные заведения всех национальных меньшинств Украины (в том числе и еврейские) очагами буржуазно-националистического влияния и признал их сохранение «нецелесообразным и вредным». Все еврейские школы, училища, техникумы закрылись или перешли на русский и украинский языки. В апреле 1939 г. власти приняли решение об упразднении и преобразовании «искусственно созданных» административно-территориальных единиц: еврейские районы и сельсоветы утратили статус национальных, 156 еврейских сельских и местечковых (поселковых) советов прекратили свое существование.

Многие украинские евреи стали жертвами массовых репрессий 1930-х гг. В 1930 г. по так называемому делу СВУ («Спилка вызволення Украины» — `Союз освобождения Украины`) были осуждены как «украинские националисты» адвокат З. Марголис и историк И. Гермайзе (1892–1958), в 1933 г. по делу «Украинского филиала контрреволюционной организации в некоторых органах Наркомзема и Наркомсовхозов» — А. Гепенер, Л. Димант, Я. Спиваков. В 1936 г. в Киеве по делу «троцкистских террористических организаций» проходили в числе других обвиняемых шесть евреев; их приговорили к расстрелу. В 1937–38 гг. были репрессированы и большей частью казнены многие евреи — партийные, советские и хозяйственные работники из Восточной Украины: М. Майоров, Б. Магидов, М. Хатаевич, В. Чернявский, Р. Гальперин, Л. Гордон, Р. Гордон (1899–1939), М. Ефуни, М. Калманович (1888–1937), А. Каменский (1885–1937) и многие другие. Погибли евреи-военачальники И. Якир, Д. Шмидт (1891–1937), С. Туровский (1895–1937) и другие; в исправительно-трудовом лагере оказался один из руководителей движения Хабад Л. Шнеерсон (см. Шнеерсон семья). В еврейских национальных районах Украины репрессии приняли массовый характер в 1938 г., после «разоблачения» органами НКВД «антисоветской националистической подпольной бундовской организации»: пострадали не только партийные и советские руководители, но и рядовые колхозники и учителя.

По данным переписей населения, в 1926 г. в УССР проживало 1 750 332 еврея, в Крыму — 50 139; в 1939 г., соответственно, 1 532 776 (5% всего населения) и 64 453 (5,8%). Таким образом, общая численность евреев на территории современной Восточной Украины сократилась за 13 лет на 203 тыс. человек, а с учетом естественного прироста — более чем на 400 тыс.; такое уменьшение еврейского населения было обусловлено его миграцией в крупные города и промышленные центры на территории России, прежде всего в Москву, и социально-экономическими пертурбациями 1920–30-х гг., главным образом голодом 1932–33 гг. и сталинским террором.

В 1939 г. лишь 45,3% евреев УССР назвали родным языком идиш, в Крыму — 36,5%. В областях Правобережной Украины этот показатель был значительно выше: в Каменец-Подольской области — 81,4%, в Винницкой — 73,5%, в Житомирской — 71,1%, в Молдавской АССР (входившей в то время в состав Украины) — 64,3%.

Подавляющее большинство еврейского населения УССР (85,5%) в 1939 г. составляли горожане (1 310 336 человек), сельских жителей насчитывалось лишь 222 440 человек (14,5%). В Киеве в 1926 г. проживало 140 256 евреев, в 1939 г. — 224 236, в Одессе, соответственно, 153 243 и 200 961, в Харькове — 51 130 и 130 250 человек. Численность еврейского населения некоторых других городов, ставших крупными промышленными центрами, росла главным образом за счет миграции из местечек. Во многих небольших городах число евреев сократилось: в Бердичеве с 30 тыс. в 1926 г. до 23 тыс. в 1939 г., в Тульчине с 7708 до 5607, в Радомышле с 4637 до 2348, в Звенигородке с 6584 до 1957, в Березовке с 3223 до 1424.

Евреи западной Украины в составе Польши.

В межвоенный период евреи Западной Украины (как и всей Польши) пользовались равными с христианами гражданскими правами, включая активное и пассивное избирательное право. Согласно польской конституции 1921 г. и международному договору о правах национальных меньшинств, подписанному делегацией Польши на Парижской мирной конференции (1919–20), еврейскому населению страны гарантировалась возможность создавать автономные религиозные общины и национальные учебные заведения, не работать по субботам и т. п. Вместе с тем, уже в первой половине 1920-х гг. и в особенности после военного переворота 1926 г. во главе с Ю. Пилсудским правительство Польши взяло курс на вытеснение евреев из народного хозяйства, в частности, путем предоставления налоговых и иных льгот христианским (прежде всего польским) торговым и ремесленным кооперативам, что привело к разорению многих еврейских предпринимателей. Сильный удар им (равно как и наемным работникам-евреям) нанес экономический кризис 1929–32 гг.: доля безработных среди евреев была в этот период почти вдвое больше, чем среди неевреев. В первой половине 1930-х гг. стали раздаваться призывы к бойкоту (см. Бойкот антиеврейский) еврейских коммерсантов и товаропроизводителей; в некоторых местах предпринимались попытки организовать пикетирование магазинов, принадлежавших евреям. Всячески ограничивался их прием на работу в государственные и муниципальные учреждения, включая школы. В средних и особенно высших учебных заведениях, включая Львовский университет, с 1923 г. существовала негласная процентная норма; в 1930-х гг. ее значительно ужесточили, так что, например, в Львовском политехническом институте доля евреев сократилась с 15,6% в 1931/32 учебном году до семи процентов в 1938/39 учебном году. В последних рядах аудиторий устанавливались особые скамьи для еврейских студентов (так называемое гетто лавкове — `скамеечное гетто`); в знак протеста они и поддерживавшие их неевреи слушали лекции стоя. В польских и украинских школах еврейские дети подвергались травле. В июне 1929 г. и в ноябре-декабре 1932 г. во Львове имели место антиеврейские беспорядки; в последнем случае было избито свыше 150 человек, произошло несколько взрывов в еврейских районах, в том числе в одной из синагог и на кладбище. С 1935 г. нападения на евреев, особенно на студентов, происходили во Львове регулярно.

Усиление антисемитизма, отсутствие экономических и социальных перспектив побудили значительную часть западноукраинского еврейства, прежде всего еврейской молодежи, покинуть Польшу: в 1920-х и особенно в 1930-х гг. свыше 100 тыс. евреев репатриировались из Восточной Галиции и Западной Волыни в Эрец-Исраэль или эмигрировали в США, Канаду, Аргентину, Австралию и другие страны.

Неоднозначными были в межвоенный период отношения между еврейским и украинским населением. Поскольку в рамках унитарного польского государства и евреи, и украинцы являлись национальными меньшинствами, на западноукраинских землях существовали объективные предпосылки для налаживания сотрудничества между ними. Уже в сентябре 1921 г., во время 12–го Сионистского конгресса, В. Жаботинский (как член правления всемирной Сионистской организации) и М. Славинский, представитель украинского (петлюровского) правительства в изгнании, подписали соглашение о создании в составе украинской армии, находившейся в то время на Западной Украине и готовившейся к новому походу против большевиков, еврейской милиции, призванной бороться с погромами. Это соглашение, подвергшееся критике со стороны многих участников сионистского движения и радикально настроенных украинских националистов, не было реализовано, поскольку намеченный поход так и не состоялся. В первой половине 1920-х гг. еврейские и украинские партии нередко выдвигали общих кандидатов на выборах в местные и центральные органы власти; евреи и украинцы составили костяк созданного в 1922 г. блока национальных меньшинств (в него вошли также белорусы и немцы; см. Польша. 1 мировая война. Независимая Польша).
Сионистская газета «Хвыля» неоднократно сочувственно отзывалась о национальных устремлениях украинцев, печатала произведения украинских публицистов; в ней была опубликована статья В. Щурата о влиянии Т. Герцля на И. Франко (см. выше). Некоторые популярные украинские органы печати, например, «Просвита», осуждали антисемитские выходки, с похвалой отзывались о быте еврейской семьи. В то же время украинская пресса нередко выступала с юдофобских позиций; даже либеральная газета «Дило» писала в сентябре 1922 г.: «Евреи во всем мире поддерживают тех, кто имеет силу и власть. На украинских землях евреи постоянно прислуживали врагам украинского народа». Значительно более резко высказывались «Украинськи висти», клерикальные «Нова заря» и «Новый час», а также «Виснык», редактор которого Д. Донцов стал основоположником украинского национал-социализма. В украинской среде бытовало немало антисемитских стереотипов; даже образованные люди нередко верили кровавому навету. Евреев обвиняли также в прокоммунистических симпатиях и полонофилии (одновременно националистическая польская партия народных демократов объявила, что еврейское население восточных областей страны настроено проукраински). К сильному всплеску антисемитизма среди украинцев Восточной Галиции и Западной Волыни (но не восточноукраинских земель) привели убийство С. Петлюры в Париже (1926) и оправдание Ш. Шварцбарда, обвинявшегося в этом преступлении.

В начале 1930-х гг. в Закарпатье проживало свыше 80 тыс. евреев, что составляло по области в целом 13,8% (больше, чем на любой другой территории, населенной украинцами), в сельской местности — свыше 11%.

В 1938 г., когда Закарпатье после Мюнхенских соглашений было фактически отторгнуто от демократической Чехословакии, евреи стали подвергаться дискриминации. Руководители Карпатско-Украинской республики А. Бродий и А. Волошин отнеслись к ним враждебно (несмотря на то, что еврейская делегация приняла участие в церемонии подъема государственного флага республики).

Интересный комментарий украинского израильтянина и историческое дополнение (с того же ресурса):

Большое Вам спасибо за такую интересную, насыщенную статью. Чувствуется рука профессионала-историка. Я сейчас живу в Израиле, а в прошлом жил во Львове, то есть я тоже из Украины. Если можно, хотел бы немного добавить. В свое время, в начале 90-х, когда начали во Львове переименовывать улицы, одна из улиц была названа улица Саломона Ляйнберга ( самом центре города около улицы Староеврейской). Я несколько удивился, уж очень это была не украинская фамилия. Полез в архивы, и в одном из открытых архивов, которые раньше были закрытыми, вот что выяснил.
2 июня 1919 года, когда польские войска оттеснили Украинскую Галицкую армию и заняли Тернополь, польское население Тернополя потребовало, чтобы военный трибунал польской армии расстрелял «украинских шпионов», то есть цивильное местное украинское население, и «евреев-предателей».
Для защиты общины евреи под руководством бывшего поручика австрийского 15 пехотного полка Саломона Ляйнберга сформировали вооруженный отряд, в который вошли бывшие солдаты и офицеры евреи, когда-то служившие в австрийской и венгерской армиях. Это сыграло немалую роль в обеспечение безопасности Тернопольских евреев.
А когда через две недели 16 июня 1919 года галицкие стрельцы 10 бригады отбили у поляков Тернополь, то к командующему 1-го корпуса Украинской Галицкой Армии полковнику Микитке обратилась еврейская община Тернополя с просьбой, чтобы подразделение «Еврейская охрана (безопасность)» под командованием Саломона Ляйнберга было включено в Украинскую Галицкую армию. В результате после переговоров отряд получил наименование «Жидiвський (еврейский- мой перевод) пробоевий курiнь 1 корпусу Украiськоi Галицькоi Армii». Еврейский курень был организационно самостоятельным военным формированием и напрямую подчинялся командующему корпусом. Интересно, что вместе с Галицкой армией он воевал не только против поляков, но и против Советской России. Наверное, поэтому советская историография о нем никогда не упоминала, как, впрочем, и о том, что уже позже, в националистической армии УПА (Украинской Повстанческой Армии), которой командовал украинский националист полковник Шухевич, также было немало евреев, которые в годы войны бежали от фашистов и попадали в отряды украинских националистов в лесах и горах Западной Украины. Из архивов также явствует, что они, порой, даже занимали там немалые должности…

Все-таки, интересная вещь история. Нет в ней ничего однозначного, к чему нас приучили в советское время. А наша история, евреев, тем более сложна и противоречива. Были наши собратья, оказывается, по все стороны баррикад, и в Советской Армии, и у украинских националистов, а в годы войны и у Союзников, а тут, в израильских газетах, я прочитал с удивлением, что, оказывается, служили они даже у гитлеровцев, как в полицейских еврейских формированиях, так даже были и в офицерском корпусе. Не просто все это, и в наше время не всегда легко это понять….

Выдержки из материала, взятого с сайта Бен Заен

Копирование материалов разрешено при указании ссылки на www.benzion.ru © 2005

 

 
 
Copyright 2009 © Триединый Бог